hullam_del_ray (hullam_del_ray) wrote,
hullam_del_ray
hullam_del_ray

Categories:

НЕОТПРАВЛЕННОЕ ПИСЬМО

Дорогая Элла! Прочитала твой комментарий в сообществе Донецкие Киевские, где ты говоришь, что в День Победы – это все-таки день скорби, а не радости. И правильно поменяли название этому дню в Украине. Да, Элла, мы не общаемся со времен майдана, уже три года. Я знаю, что ты меня почитываешь, как и я тебя. Уж слишком крепко мы дружили до 2013-го. 25 лет дружбы не стряхнешь как перчатку с руки. И я надеюсь, что все-таки когда-нибудь мы сможем общаться. Не как раньше – круглосуточно, но нормально.


Почему решила написать? Потому что если позвоню – опять поругаемся и перейдем на крик. Комментировать в соцсети – это как устроить скандал на рыночной площади – специально, чтоб созвать побольше зевак. Мне не хочется, чтоб поддерживая мою точку зрения, тебя оскорбляли незнакомые нам люди. Поэтому такой атавизм – письмо. Как оказалось – незаслуженно забытый. Есть время подумать перед тем, как сформулировать предложение. В письме не сорвешься на крик и личности. В общем, одни плюсы.

Я, правда, очень хочу понять. Почему же скорби, Элла? Мы росли с тобой вместе. Наши родители дружили. Мы накрывали столы девятого мая, этот день всегда был праздником. Всегда. У тебя воевали два деда. Помнишь, как ты с гордостью, потихоньку, как самую большую сокровенную тайну показывала мне их награды, пока твоих родителей не было дома. Потихоньку – это потому, что награды – не игрушка и в каждой семье они хранятся с особыми почестями. Где они сейчас? Ты спрятала их подальше, чтоб не наткнуться ненароком и не испытать позор?

В школе мы с тобой заведовали музеем Боевой Славы, помнишь? Наш класс носил имя Алексея Маресьева, а мы с тобой правдами и неправдами искали новые экспонаты и поддерживали связь с ветеранами. Помнишь, как мы радовались гильзе от крупнокалиберного пулемета и лампе из снаряда, который нам подарил один из наших подшефных ветеранов? Мы тогда героями школы были, помнишь? А как в седьмом классе ты рыдала навзрыд так, что тебя никто не мог успокоить, пришлось вести в медпункт, там тебе чего-то мятного накапали, помнишь? А помнишь, почему? Нам на литературе прочитали стихотворение «Варварство» Мусы Джалиля.

Нет, этого я не забуду дня,
Я не забуду никогда, вовеки!
Я видел: плакали, как дети, реки,
И в ярости рыдала мать-земля.
Своими видел я глазами,
Как солнце скорбное, омытое слезами,
Сквозь тучу вышло на поля,
В последний раз детей поцеловало,
В последний раз...

«Детей? Как? Детей! Маленьких! Этого не может быть! Нет! Никогда! Галя, они же маленькие! Зачем? А фашисты? Они фашисты, да, но они люди же! Я не верю!». Мы всем классом пытались что-то тебе объяснять, но ты только твердила «Дети! Они же дети! Маленькие! Как мой Данька!». Когда тебя успокоили, ты внезапно воспылала любовью к «Противному» младшему брату. Ты провожала его до дверей класса и встречала после уроков. Ты всем говорила, что никогда никому не дашь его в обиду «пусть только попробуют!». Ты защищала его от фашистов, которых не было.

А еще через неделю у меня был день рождения. И помнишь, Элка, ты пришла и сказала: «Я экономила тебе деньги, хотела купить и подарить розовую помаду Дзинтарс. Давай лучше мы на эти деньги купим ветеранам цветов! Все-таки, если про детей правда – надо их беречь и радовать! Ты так до конца и не поверила, что события из стихотворения, действительно, правда! Это не укладывалось в твоей голове!». Я была «за» всеми руками.

Более того, мы присовокупили все подаренные на день рождения деньги (10 рублей) и на все купили «Корвалолу» и конфет. «Корвалол» – потому что у них слабые сердца от войны. Моя бабушка пьет «Корвалол» от сердца». А конфет «потому что от них всегда радость». На том и порешили. Потом разложили все это в постиранные полиэтиленовые пакеты (тогда стирали пакеты, да) – пузырек «Корвалола» и горсть конфет. И такие сюрпризы разложили под двери всех ветеранов, которых мы знали. Благо мы, как «сотрудники музея», знали их адреса.

А помнишь, как мы придумывали, что мы им скажем, что вручить? Вам передали из больницы? Это вам бандероль? Врач попросила подняться, вам передать, ей тяжело по ступенькам? Вы выиграли в спортлото? Помнишь? В итоге, ничего так и не придумали. Решили позвонить в дверь и убежать. Так и сделали. И никто никогда об этом не узнал.

Потом мы выросли, закончили институты, вышли замуж, родили детей. Но все так же продолжали праздновать Победу. Это всегда был само собой разумеющийся праздник. А потом ты уехала с семьей в Киев. Мне очень тебя не хватало. Мы созванивались и говорили по три-четыре часа. А потом был майдан. И ты, Элка, там была. Мы спорили. Ох, как мы спорили!!! А твой муж, очень успешный человек, помогал майдану. Он машинами привозил продукты и дрова. А когда в апреле четырнадцатого я приехала в Киев, вы всей семьей обрушились на меня, как будто к вам в дом проникла квинтэссенция зла.

- Майдан сделали киевские студенты, - говорили вы

- Что вы себе на Донбассе думаете? – говорили вы

- Какие бандеровцы? Пройдись посмотри – тут нет никаких бандеровцев! Расскажи там своим.

- Янык ваш совсем зарвался, мы победим коррупцию! - говорили вы. - Завтра отвезем тебя в Межигорье. Посмотришь, как эта сволочь жировала за наш счет.

Я не хожу в гости без приглашения. Тем более в отсутствие хозяев. Но я бы с удовольствием заглянула в гости к соседу коррупционера – Яценюку.

- Ты просто никогда не была за границей! Ты не знаешь как там! И у нас так будет!, - говорила ты и выбрасывала окурок за балкон. Красивую чистую пепельницу «портила» только я.

Мои аргументы: нет «печенек» – нет протестов. Донбасс не хочет в Евросоюз и имеет на это право, всего-то. Бандеровцы? Как я должна их определить просто на улице? У них руки по локоть в крови? Для этого нужны определенные условия. Это племя такое – молодец против овец, а против молодца – сам овца.

У тебя появилась новая подружка из Равы-Русской, Тереза. На маникюре у нее трезуб, она говорит «В Киеве много таких местов» и «Завтра отведу тебя на распродажу колготов и носок». Красивая.

- Мы будем голосовать за Ляшка, - заявили вы

И тут я поняла, что мою Элку, мою мудрую не по годам подружку, кто-то укусил.

С тех пор ты звонила еще несколько раз, помнишь? Я помню. Обычно это случалось после очередной козьей морды Украины Донбассу. 26 мая, банки ушли, обстрел, пустые полки в магазинах. Ты почему-то звонила не посочувствовать, а порадоваться. Мне понадобилось очень много времени, чтобы это понять. Что Элка моя звонит, не поинтересоваться живы ли мы, а чтобы позлорадствовать.

И еще наш референдум. После моего поста в соцсетях – мол, сходили, проголосовали, ты позвонила и спросила, не страшно ли мне брать ответственность за развал страны? …. Я? Элла? Я развалила страну??? Ты ничего не перепутала, Элка? Ты сейчас не со своим отражением разговариваешь? Или может быть хотела спросить об этом Терезу, а нечаянно набрала меня?

101 ребенок, Элка. Сто один. Это те самые малыши, о которых ты так рыдала в седьмом классе. И убили их наследники тех, от кого ты защищала своего братишку. Ты одна из них, Элка? Я не верю. Тогда как, Элка?

С кем ты помирилась? О ком ты скорбишь? Объясни, я понять хочу. Может, тебе стоит перечитать Мусу Джалиля? Хотя зачем? Ты выучила тогда этот стих наизусть. Но никогда не могла рассказать до конца – тебя душили рыдания.

Почему же ты не плачешь сейчас?

Галина СКВОРЦОВА

13.05.2017.

http://patriot-donetsk.ru/12873-neotpravlennoe-pismo
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments