June 15th, 2017

Сергей Рулёв посетил митинг, устроенный Ходорковским, Навальным и гомосексуалистами

Блогер и репортер Сергей Рулев посетил в Ростове-на-Дону митинг сторонников беглого миллионера Михаила Ходорковского, фонда против коррупции судимого Алексей Навального и молодых активистов ЛГБТ.

«Сторонники беглого посидельца выступали в жёлтой форме с надписью на груди — «Россию люблю. Путин надоел».
Приверженцы уголовника-вора Лёшки Навального выступали в белых футболках с надписью – «Россию люблю, но режим надоел».
А извращенцы традиционно выступили в цветах радуги.
И помог мне это увидеть и определить, приехавший в гости из холодного Санкт-Петербурга известный блогер Андрей Селезов.
Именно он, прикрывая меня с тылу от враждебного либерального окружения, буквально спас меня от поклонников Элтона Джона.
Повышенный и нездоровый интерес к себе я ощутил как только подошёл к полицейскому контролю.
Тут же на меня кинулось стокилограммовая особь без половых признаков — как на лице, так и ниже огромного живота.
Поддерживала его ярко выраженная лесбиянка с характерной стрижкой запорожских казаков XVII века.
Тут же к ним на подмогу прибежала организатор мероприятия Ирина Зенина, которая неоднократно писала на меня доносы во все полицейские и прокурорские инстанции.
Но подполковник полиции не внял их воплям и стенаниям.
Так я оказался в парке, где собралось около трёхсот митингующих.
Ходорковский прислал российским иудам макет транспарантов, чтобы либерасты издевались над святыми чувствами россиян.
👉Они перефразировали «Бессмертный полк» в «бессменный полк» и выставили на обозрение отпечатанные на принтере портреты политического руководства России, известных политиков и бизнесменов.
Было много почти детей, которые даже не понимали смысл происходящего и стыдливо закрывали лица от камеры имеющимися в руках плакатами.
После окончания митинга его активисты стали составлять списки новых рекрутов против Путина, но таких оказалось так мало, что список закончился на первой же странице», — рассказал Рулев.
http://www.politnavigator.net/sergejj-ruljov-posetil-miting-ustroennyjj-khodorkovskim-navalnym-i-geyami.html
ну-ну
  • anhar

Про штурм Бейрута графом Орловым

Боевые действия в 1772 году начались с похода отряда из четырёх поляк (поляка, полякра, полака – быстроходное трёхмачтовое средиземноморское судно) и двух полугалер под командованием грека Георгия Ризо, флигель-адьютанта Алексея Орлова, к легендарной Финикии. Глядя на успешные действия России против османов, правитель Египта Али-бей ал-Кабир решил отложиться от Великой Порты и обратился к российской императрице за поддержкой.

К Али-бею присоединился правитель Галилеи шейх Дагер ал-Омар (Захир ал-Омар), разбогатевший на торговле с европейскими государствами основным экспортным товаром Палестины, хлопком, и желавший распространить своё могущество до Бейрута. Эмир Бейрута Юсуф Шихаб, поддерживаемый горцами‑друзами, и паши Сайды (древний Сидон), Дамаска и Триполи остались верными союзниками Турции.

С одобрения Екатерины Алексей Орлов пообещал Али-бею поддержку.

Антон Псаро передал крейсеровавшему у Кикладских островов Георгию Ризо приказ командующего идти к Бейруту. Находившийся на шебеке «Греция» под командой Псаро капитан Маргарит Блазо стал участником осады и штурма Бейрута.

Соединившись, отряды Ризо и Псаро поплыли к Дамиетте, у которой 18 мая они застали фрегат «Святой Павел» Панайота Алексиано с Иваном Войновичем на борту.

К Бейруту двинулись разными путями. У города Сура (древний Тир) Ризо заметил, обстрелял и вынудил к бегству турецкий фрегат. Затем доплыл до Сайды и снял с города турецкую осаду. Псаро сначала держал курс на остров Скарпонто, после пошёл к Хайфе. Здесь морские отряды соединились вновь и 7 июня приблизились к Бейруту.

В течение трёх дней город жестоко бомбардировали с бортов. В день на Бейрут обрушивалось по 500 залпов. Когда же огонь стих, высадившиеся десантники, в числе которых был Маргарит Блазо, подожгли форштадт изнутри. 12 июня морские пехотинцы вернулась на суда. Следом поднялись переговорщики – католические монахи, гружённые мешками с шёлком.

Выкуп бейрутцам пришлось заплатить изрядный. Морской историк Ф. Веселаго писал, что Ризо взял с Бейрута контрибуцию, равную годовой подати, платимой турецкому султану [10, с. 101]. Вдобавок воинам под Андреевским флагом в качестве трофеев достались 10 торговых судов.

Призы делились между командованием и участниками операции согласно Морскому уставу.

13 июля в Аузу вернулась «Греция» Антона Псаро, спустя неделю – остальные. После Бейрута капитан-лейтенант Псаро получил Георгия IV степени и принял фрегат «Не тронь меня».

«Оказатель сего аттестата Албанской команды капитан Маргарити, находясь со своею командою на моем корабле семь месяцов в компании, во все время бытности его служил добропорядочно, и я очень благодарен; ибо он полученныя от меня приказания исполнял со всяким усердием и храбростью; в засвидетельствование чего и сей Ему аттестат от меня дан в порте Аузе на корабле именуемом: Не тронь меня 1774‑го года Октября 18‑го дня», – написал кавалер Антон Псаро [6, ч. 1, л. 278 об.].

* * *

Через год «колода» перетасовалась. Али-бей пал жертвой заговора, и настала очередь правителя Бейрута Юсуфа Шихаба обратиться за помощью к России.

Из Дамаска в Бейрут был направлен отряд под командованием опытного военачальника Ахмета ал-Джеззара. Босниец по происхождению, Ахмет получил прозвище Джеззар (по-арабски «мясник») за жестокость к противникам. Ахмет оценил значение Бейрута и решил задержаться в нём надолго. Эмир Юсуф терпеть нового властителя Бейрута не пожелал. Шейх Дагер ал-Омар поддержал в конфликте Юсуфа Шихаба.

Граф Алексей Орлов, получив письмо от мятежных правителей, направил в июне 1773 года к сирийско-ливанским берегам крейсеровавший у Родоса отряд лейтенанта Марко Войновича (фрегаты «Святой Николай» и «Слава», четыре полугалеры, одна шхуна). К Сирии на фрегатах «Надежда», «Святой Павел», пяти поляках и двух полугалерах выдвинулся капитан II ранга Михаил Кожухов. У Акки отряды соединились, и старший по званию Кожухов принял командование объединённой эскадрой. Снова в составе морского десанта был Маргарит Блазо с командой. Юсуф пообещал поддержку друзских племён.

19 июня русские подошли к Бейруту. Эмиссар Орлова в Сирии гвардии поручик Карл Макс (Максимилиан) Баумгартен доложил, что он от лица российского командования заключил союзный договор с Дагером и Юсуфом. 25 июня Кожухов выстроил фрегаты в линию и блокировал город с моря [11, с. 394– 401].

Спустя месяц редкие перестрелки сменила масштабная бомбардировка. Под прикрытием огня был высажен десант: 787 человек морских канониров под командованием Баумгартена и греко‑албанцы под командованием майоров Георгия Дуси и Ивана Вой74 новича. Вместе с десантом на берег были свезены четыре 6-фунтовые пушки и установлены две батареи для создания в городской стене проломов. При батареях возвели земляные укрепления.

Беспрерывный обстрел продолжался почти десять суток. Однако противник держался стойко, а пушечные ядра крепким стенам вредили не сильно. Оборонявшиеся быстро закладывали пробоины и совершали ответные вылазки. Горцы‑друзы обещали выставить пять‑шесть тысяч человек, блокировать Бейрут с суши и штурмовать город в назначенный день, но на помощь не пришли. Было принято решение возвращаться на борта и ждать подкрепления от Дагера из Акки.

Морская блокада продолжалась. Дагер разбил отряд, посланный из Сирии на помощь к осаждённым. Друзы, наконец, перекрыли горные дороги и оставили Бейрут без воды. 18 августа был вновь высажен десант и штурм возобновился. Маргарит Блазо при штурме Бейрута был тяжело ранен. «Получил рану очень опасну ружейной пуля, от которой чуть не умер» – написал в Бейруте 20 декабря 1773 года поручик Карл Баумгартен [6, ч. 1, л. 279].

В городе начался голод, люди ели вьючных животных и собак. Посланный к русскому командованию дервиш объявил, что Джеззар готов сдаться.

Бейрут пал. 30 сентября согласно условиям капитуляции гарнизон численностью в 1200 человек покинул крепость через западные ворота. С восточной стороны в город вошли русские войска. Ахмет ал-Джеззар на русском корабле отправился в Сайду восстанавливаться после поражения.

По условиям, заключённым до начала операции, Бейрут перешёл под контроль друзов, а турецкий гарнизон – в подчинение шейха Дагера. Российские части занимались восстановлением городских укреплений и оставались в крепости до 2 января 1774 года. Согласно договорённости, мародёрством победителям заниматься было строжайше воспрещено. Контрибуцию должен был выплатить Юсуф Шихаб. «…Для возмездия российским войскам за обыкновенный грабеж, который в оном случае им делать запрещается, князья и начальники друзские обязываются заплатить в руки господина командующего российского триста тысяч пиастров» [12, с. 34].

Собранные Юсуфом Шихабом деньги были поделены между всеми участниками штурма и главнокамандующим Орловым. На долю офицеров и нижних чинов пришлось 173572 пиастра (пиастры – денежная единица Османской империи, равная 26 граммам золота). Четыре с половинной тонны золота были розданы «согласно окладам их жалования» [11, с. 404]. Капитан роты морских десантников Маргарит Блазо покинул Бейрут не с пустыми руками.

Вдобавок к золоту русским достались ценные трофеи – две полугалеры с 17 пушками, тысяча ядер, 14 крепостных орудий, одна мортира, 9 фальконетов, драгоценное оружие, дорогие ткани и посуда.

Благодарный шейх Дагер в письме Орлову сообщил о готовности передать Ливан под протекторат России. Императрица идею не поддержала и на письмо не ответила.

Участник второго штурма Бейрута Маргарит Блазо заслужил похвалы командующего эскадрой капитана Михаила Кожухова: «1774-го году Февраля 29-го дня дан сей атестат бывшему в порученной мне ескадре во втором Албанском батальоне Капитану Мануиле Маргариту, в том, что со определения его с 1773-го году Майя с 25-го по 774-й год Февраля по 29-е число, которой будучи при Сирских и Египетских берегах, и во время блокады и отаки города Берута, и при вступлении во оной войск Ея императорскаго Величества находился в гарнизоне три месяца, а против неприятеля храбр и неустрашим, и ротаю своею командовал исправно, и людей содержал добропорядочно, в чем и заслуживает достойную похвалу» [6, ч. 1, л. 278, 316 об.]. Отметил в аттестате храбрость Блазо и Карл Баумгартен, исполнявший должность коменданта крепости, пока русская эскадра стояла на рейде у берегов Ливана.

За время штурма турки потеряли 800 человек убитыми и ранеными. Потери с российской стороны составили: 2 офицера и 34 солдата убитых, 96 – раненых.

Падение Бейрута явилось для Порты серьёзным ударом; основной поток продовольствия и товаров из Восточного Средиземноморья шёл именно через этот порт.

Второй раз капитан Блазо получил ранение в десанте у залива Воло, недалеко от города Салоники [6, ч. 1, л. 316].

Командование отметило боевые заслуги Маргарита Блазо серебряной медалью.,


Бизнес-империя ФСО. Разгром и зачистка

1

В полдень 15 марта глава питерской холдинговой компании «Форум» Дмитрий Михальченко, как обычно, находился в собственном кабинете на улице Печатники. Со стола на него смотрели двуглавые орлы, которыми были украшены аппараты телефонной спецсвязи (ПАТС, АТС‑1, АТС‑2), соединявшие его офис с кабинетами высоких правительственных начальников и глав спецслужб. Михальченко ласково называл эти телефонные «вертушки» «пианино», понимая, что от нажатия той или иной «клавиши» может зазвучать именно та музыка, которая была ему нужна. И тем не менее он редко пользовался ими по назначению, скорее, они были нужны ему для того, чтобы произвести впечатление на гостей.

Когда он собирался принять очередного просителя, зазвонил мобильный телефон — ​его главный «музыкальный инструмент», которым он пользовался гораздо чаще. Из трубки донесся обеспокоенный голос младшего делового партнера, совладельца входившей в холдинг строительной компании «БалтСтрой» Дмитрия Сергеева, который пожаловался на остановивший его экипаж ГИБДД по дороге в Пулково. Сергеев не понимал, почему инспекторы требуют его выйти из машины, несмотря на наличие на лобовом стекле спецталона ФСО (Федеральной службы охраны), запрещающего останавливать и досматривать машину и ее водителя.

Дмитрий Михальченко решительно набрал телефон бывшего начальника питерского управления ГИБДД Сергея Бугрова, которому и высказал все, что думает о его бывших подчиненных. «Сергеев должен в Монако сегодня лететь!» — ​отрезал бизнесмен и стал перезванивать партнеру. Но Дмитрий Сергеев не мог ответить на звонок при всем желании — ​несколькими минутами ранее появившийся из-за спин инспекторов спецназ ФСБ, не обратив внимания на атрибутику ФСО, выбил лобовое стекло автомобиля и извлек испуганного водителя.


Collapse )

Красиво люди жили.

Кто идет широкими полями: о главной опоре Навального

За долгие годы моего наблюдения за Алексеем Навальным он предпринимал несколько попыток закрепиться в политике. Сначала он просто был активистом московского отделения «Яблока». Потом он понял, что социал-демократия — это не модно, а модно, наоборот, — национализм. И тогда Навальный стал соучредителем движения «НАРОД». Ходил на «Русские марши», призывал перестать кормить Кавказ, и все такое. И так бы, наверное, и продолжал, пока не придумал (или кто не подсказал), что можно расширить аудиторию, занимаясь веселым гринмейлом. Навальный покупал акции толстых корпораций и троллил менеджмент этих корпораций, а публика весело хохотала. А потом один впечатленный артистизмом Навального рейдер рассказал ему о случае с буровыми установками обанкротившейся компании и его, рейдера, попытками взыскать за их хранение деньги с лизингового подразделения крупного банка.

Collapse )