February 10th, 2013

Ученые пересмотрели критерии идентификации планет, находящихся в пригодной для жизни зоне вокруг сво

Сравнивая данные, полученные в результате расчетов новой модели с предыдущими данными, ученые из Отдела геофизических исследований Государственного университета Пенсильвании нашли, что пригодные для жизни зоны фактически находятся несколько дальше от звезд, чем это считалось ранее.

Исследователи произвели новые расчеты зон, в которых на планетах присутствуют условия пригодные для жизни. При расчетах предыдущих моделей учитывалось низкое поглощение водой и углекислым газом энергии света, таким образом, планеты должны были находиться ближе к звезде для того, чтобы на их поверхности присутствовали благоприятные для жизни условия.

Согласно данным новой модели, некоторые обнаруженные раньше экзопланеты, которые считались пригодными к жизни, оказались за пределами "зоны Златовласки" и потеряли свой интерес с научной точки зрения. Новая модель предназначена для того, чтобы помочь ученым с исследованиями, которые уже идут полным ходом. В первую очередь, это касается миссии космического телескопа Kepler. В настоящее время телескоп Kepler обнаружил более 2 тыс экзопланет, данные по которым должны быть перерассчитаны с учетом требований новой модели.

Однако если посмотреть на нашу Землю с точки зрения новой модели, то она находится на самом краю "зоны Златовласки" Солнечной системы, хотя мы все знаем, что это не так. К сожалению, новая модель, очевидно, не учитывает влияние облачности, которая отражает некоторые виды света от планеты и таким образом стабилизирует климат всей планеты.

Стратостат Super-TIGER устанавливает мировой рекорд по длительности полета

Стратостат Super-TIGER провел 55 суток на высоте 39 км над Антарктидой, изучая высокоэнергетические потоков тяжелых заряженных частиц, постоянно бомбардирующих нашу планету. Обычно большинство стратостатов, запускаемых в районе Антарктиды, падало в течение 1-2 недель с момента запуска.

Название Super-TIGER является аббревиатурой от названия Trans-Iron Galactic Element Recorder. Оборудование этого эксперимента использовалось для поиска и измерения характеристик частиц, ионов элементов, более тяжелых, чем железо. Потоки этих высокоэнергетических космических лучей попадают к Земле от космических источников, таких, как взрывы сверхновых звезд. Во время полета Super-TIGER было зарегистрировали более 50 ммл космических лучей и замерены их характеристики, что позволит ученым точно определить источники и природу их происхождения.

Стратостат Super-TIGER был запущен 8 декабря 2012 года. Столько продержаться он смог благодаря необычному поведению атмосферы в районе Южного Полюса. Здесь преобладающие ветра формируют нечто вроде стабильной системы циклон-антициклон. Поднимающаяся на их границе от поверхности масса воздуха вскидывает стратостат до 30 км, позволяя продержаться на одном месте достаточно длительное время.

По завершении миссии из баллона стратостата через специально проделанное отверстие был выпущен весь гелий. Контейнер с оборудованием начал падение к поверхности Антарктики, посадка была осуществлена с помощью парашютной системы.

На обработку и анализ полученной Super-TIGER информации уйдет не менее 2 лет.

Андрей Карагодин - Диалектика Устрялова

1. Корни
Идеологическая позиция любого человека, тем более персонажа, реально повлиявшего на ход истории, никогда не вырабатывается в одночасье, вдруг, она является плодом напряженных размышлений и основывается на мощном фундаменте развития его мировоззрения. Так же обстоит дело и в случае с основателем русского национал-большевизма Н.В.Устряловым (1891-1938). Корни его сформировавшейся к 1920-21 годам собственно национал-большевистской позиции следует искать не в гражданской войне, и даже не в русской революции 1917 года. Внимательный исследователь найдет ее предпосылки уже в первых шагах этого уникального мыслителя на российской общественно-политической сцене.

Впервые молодой правовед, доцент Московского университета Устрялов заявил о себе как об идеологе в разгар Первой мировой войны, в октябре 1916 г., выступив со статьей "К проблеме русского империализма" в журнале "Проблемы великой России", издававшемся богатейшими русскими промышленниками Александром Коноваловым (1875-1948) и Павлом Рябушинским (1871-1924). (Интересно, что именно Коновалов в марте 1914 г. выделил определенную сумму денег на проведение очередного съезда партии большевиков, мотивировав это тем, что "надежд на органическое разрешение кризиса больше нет".) В своей статье Устрялов развивает основанную на гегельянской идее о государстве как о земной форме Бога философию русского империализма. Устрялов заявляет: "каждый государственный организм призван внести свой вклад в историю человечества, но по-настоящему великая культура может появиться только в великом государстве". Следовательно, "если хочешь быть великим — старайся расширяться и быть могущественным". Внешней политикой России должна быть политика империализма, Россия должна вести себя агрессивно, бросая вызов установившемуся балансу сил. Любопытно, что Устрялов обращается к идее Герцена о том, что русский народ может использовать социализм как политическое средство своей экспансии — первый шаг в сторону будущего национал-большевизма. Два месяца спустя Устрялов вновь выступает в "Проблемах великой России", утверждая, что национализм является Эросом политики. Любовь к родине есть чувство, не требующее рациональных объяснений, национализм есть категория эстетики, простирающаяся по ту сторону этики.

Еще один симптом будущей позиции Устрялова — ряд положений прочитанной им в 1916 г. в Московском религиозно-философском обществе лекции о славянофилах. Вслед за Данилевским Устрялов говорит о том, что нации не вечны, они рождаются, вырастают и умирают. Россия, следуя Устрялову, переживает свою весну и готовится к реализации всемирной миссии. "Жизненные испытания не подрывают веры в мировое признание родины, но изменяют взгляд на формы ее конкретного воплощения". Это утверждение, фактически, является ключом к последующему признанию Устряловым большевистской революции.


2. Революция и Россия

Впрочем, в это время устряловский этатизм еще вполне вписывается в рамки кадетского правого либерализма. Более того, в 1917 г. Устрялов является именно активным кадетом (и в конце 1917 г. даже избирается председателем калужского губернского комитета партии) и разделяет общий либеральный энтузиазм по поводу Февральской революции: для него это "победа правды над ложью, добра над злом". В то же время, в отличие от большинства кадетов, Устрялов подчеркивает необходимость сильных, крепких и единых политических действий. Отсутствие таковых приводит февральскую систему к закономерному проигрышу. Основными темами размышлений Устрялова в последние месяцы 1917 г. становятся большевистская революция и дальнейшая судьба России. В издаваемой Рябушинским ежедневной газете "Утро России" (затем "Заря России"), ведущим публицистом которой он становится, Устрялов резко критикует большевиков — но исключительно за антинациональную внешнюю политику. С другой стороны, он уверен, что "Россия переживет революцию". Большевистская революция, несмотря на ее негативный характер — революция сугубо русская, которая диалектически приведет Россию к новой славе, "через отрицание России мы придем лишь к ее мощному утверждению" — пишет Устрялов. Наиболее значительны для понимания будущих трансформаций позиции Устрялова следующие слова, написанные им 24 декабря 1917 г.: "Происходящие события ... подлинны, национальны... В случившемся нет ничего случайного... Болезнь несомненно тяжела, но это болезнь великого организма. Это величайшее событие в мировой истории несмотря на свои кошмарные качества". Устрялов подчеркивает, что большевики являются современными славянофилами и ведут свое родство от Герцена, Бакунина и Ткачева. Идеи этой революции могут быть глубоко ложными, бредовыми, но это именно те идеи, которыми жило русское сознание, "это наш, русский бред, объединяющий Герцена со славянофилами," — подчеркивает Устрялов.

Логика империалиста заставляет его видеть Февральскую революцию как аморфный, пассивный, женственный период русской истории. "Теперь, напротив, мы приобрели активную власть.<...> Великая Россия умерла — да здравствует Великая Россия!" — восклицает Устрялов. Немаловажную роль в признании большевизма сыграла и уверенность Устрялова в том, что иностранное (в данном случае — германское) господство представляло для России куда большую опасность, чем большевизм ("можно ненавидеть красное знамя, но нельзя предавать знамя национальное"). Неудивительно, что Устрялов однозначно поддерживает позицию Троцкого на переговорах в Брест-Литовске, и когда тот отказывается подписать договор, в статье от 21 января 1918 г. называет большевиков патриотами. Когда же договор был все-таки подписан, Устрялов обвиняет большевиков в предательстве их собственных идеалов.


3. От белых — к красным

Предательство интересов России Брестским миром и развязанная большевиками летом 1918 г. жестокая кампания красного террора — эти два события заставляют Устрялова перейти на сторону противников большевиков. Вместе с молодыми кадетами Юрием Ключниковым и Юрием Потехиным, с которыми незадолго до этого он основал еженедельник "Накануне" (он явился заменой закрытой большевиками "Зари России" и повторял все идеи, которые развивались в газете Рябушинского, в особенности идею о том, что "революционный кризис даст ход неслыханному росту национального организма и неслыханному расцвету культуры"), Устрялов покидает Москву. На некоторое время он отходит от дел и преподает в Пермском университете, однако политическая воля дает о себе знать — и уже в декабре 1918 г., после падения красной Перми, Устрялов переезжает в Омск, столицу правительства Колчака, где встречается с Ключниковым, ставшим министром иностранных дел этого правительства. Тогда они пришли к выводу, предвосхитившему сборник "Смена вех": как бы ни повернулась политическая ситуации, "мы должны быть с Россией". "Что же, встретимся с большевиками!" — говорит Ключников. Но пока в этом есть сомнения — и в октябре Устрялова избирают председателем восточного бюро партии кадетов. И лишь решительное поражение Колчака в январе 1920 г. окончательно убедило его в бесперспективности сопротивления большевикам. По признанию очевидца, Устрялов провел три бессонных ночи в Чите и пришел к логическому заключению своих мыслей 1917-18 годов: большевизм полезен именно с точки зрения русского патриотизма! Устрялов переезжает в Харбин и начинает усиленно разрабатывать свою идеологию. В законченном виде он сформулирует ее в письме одному из лидеров кадетов Петру Струве, тогда министру иностранных дел в правительстве Врангеля, написанном в октябре 1920. Ссылаясь на германский национал-большевизм, Устрялов заявляет о своей позиции как о русском национал-большевизме. В том же месяце он публикует посвященный этому сборник своих статей.


4. Почему Советская власть?

К мысли о неизбежности победы большевиков и изначальной бесперспективности белого движения к концу гражданской войны подходили многие белые. Об этом говорили Милюков, те же Коновалов и Рябушинский ("за большевиками, за смутными образами их правления можно рассмотреть подлинную народную революцию" ). Однако ни у кого из них дело не дошло до однозначного признания советской власти. Почему именно Устрялов?

Во-первых, его позиция была подготовлена еще во время участия в "Утре России". Тогда Устрялова и большевиков разделяла в основном внешняя политика; считая русскую революцию явлением глубоко органичным, Устрялов в то же время упрекал большевиков в слабости и подрыве могущества русского государства. Теперь, после поражения Германии и, что самое главное, все более необратимого распространения Советской власти на территории России, когда большевики доказали свою силу, волю и способность эффективно управлять страной, эти претензии Устрялова отпали сами собой. Иными словами, политических препятствий для его признания советской власти более не существовало.

Далее, к 1920 г. Устрялов окончательно избавился от своего гуманистического либерализма. Группа "Накануне", к которой он принадлежал, еще в 1918 г. отошла от типичного для кадетов требования безусловного правового государства к признанию вредным соблюдения формальной демократии в критических ситуациях (сравните с аналогичной позицией германского консервативного революционера Карла Шмитта*, разработавшего учение об "исключительных обстоятельствах").

* [Вообще, во многом мировоззрение и идеологические позиции Устрялова близки именно к шмиттианству, что можно объяснить как сходством личных судеб юристов Устрялова и Шмитта, так и аналогиями между идеологической и политической ситуациями в России и Германии. Эта интереснейшая тема еще ждет своего исследователя.]

В Омске Устрялов становится главным приверженцем чистой диктатуры, неоднократно обращается к Колчаку с требованием покончить с представительным правлением (именно Устрялов убедил Колчака в необходимости порвать с левыми антибольшевистскими силами) и даже идейно возглавляет правую оппозицию Колчаку. Отныне для него переход от демократии к диктатуре — необходим и исторически закономерен.

В третьих, Устрялов, всегда высказывавший неприязнь к Западу, после предательства Колчака (который, кстати, сказал по поводу русского золотого запаса: "я бы лучше оставил золото большевикам, чем отдал его союзникам"), окончательно убедился в циничном использовании западными державами Гражданской войны для ослабления позиции будущей России на мировой арене. Еще в мае 1918 г. на нелегальном московском съезде партии кадетов он вносит предложение изменить внешнюю ориентацию партии, то есть отказаться от односторонней ориентации на Антанту и выступить за мир с Германией, но на иных, чем Брестский, условиях, Не поддержанный никем, он голосует за свое предложение в одиночестве. Для Устрялова, как, кстати, и для большинства белых к концу гражданской войны, Антанта стала отождествляться с врагом, предавшим подвиги России во время Мировой войны, а сотрудничество с ней, и в особенности с таким ее сателлитом, как Польша, — с предательством России.

Но и отказа от либерализма, и националистических мотивов было явно недостаточно, чтобы признать советскую власть. Эти мотивы разделялись многими белыми, среди которых хватало и противников формальной демократии, и националистов — но, по выражению Агурского, "сама мысль о признании большевиков показалась бы им дикой". Что помогло Устрялову, выражаясь его собственным словами, столь радикально изменить взгляд на формы конкретного воплощения мирового признания родины? Дело в том, что Устрялов был гегельянцем. Именно это в конечном счете дало ему возможность выйти из мучительной дилеммы и осознать временное поражение России как симптом ее грядущей победы в уже куда более глобальном масштабе. Гегельянство, будучи философской рационализацией древнейшей гностической парадигмы рассмотрения мира видимых событий как зеркального отражения мира духовных реалий, ожидает от каждого явления его отрицания и отрицания его отрицания — так же, как гностицизм рассматривает достижение возрождения через разрушение, жизни через смерть, святости через грех. Именно гегельянство помогло Устрялову в 1920 г. провидчески понять национальную суть большевизма и антинациональную — белого движения. И именно гностический тип самой его личности (показательно, что в числе его интеллектуальных ориентиров были Макиавелли, Джамбатисто Вико и Томмазо Кампанелла) позволил ему преодолеть внутренние психологические препятствия на пути формулировки его доктрины. Устрялов увидел грандиозную победу и в поражении всех своих личных мотивов. Он заново осознал гегельянский тезис о том, что великую личность, чьи действия объективно совпадают с логикой исторической необходимости, отличает именно диалектическое сопротивление воззрениям, основанным на субъективных чаяниях и настроениях.


5. Идеология Устрялова

С помощью диалектики Устрялов опрокидывает основные мотивы сопротивления советской власти. Говорят, что большевизм — зло, но это зло относительное, диалектически служащее орудием для добра — утверждает Устрялов. "Движение чистого материализма, все пропитанное лозунгами тела, низшей чувственности... диалектически преображается, одухотворяясь вопреки самому себе, переливаясь за грани своего собственного "логического содержания", обретая мощь в сфере чисто духовных ценностей и тем самым постулируя какой-то новый смысл, освященный погибшими за него жизнями". Говорят, что поражение белых будет концом света, но это будет лишь конец ветхого света и знак омоложения человечества.

Устрялов окончательно отказывается от химеры правового государства, и теперь Февральская революция для него — чистое зло, распад и смерть, "медленный поезд, покрытый серой, ужасающей массой человеческих лоскутков". Только Октябрь трансформировал великое, но бессмысленное народное восстание в Революцию. Свобода — это зло, декларирует Устрялов, и везде в мире она деградирует и обращается в свою противоположность. Теперь важнейшая, по Устрялову, цель большевистской революции — разрушение основ формально-демократического государственного устройства XIX века. Отныне важен не закон, но преданность мощи, в которой воплощается логика мировой истории. Отрицает Устрялов и идею нравственной политики. Единственная нравственная политика, заявляет он, в духе его любимого Макиавелли, — это политика, исключающая какую бы то ни было нравственность.

Во время Революции России было суждено исчезнуть, чтобы воскреснуть. "Россия должна быть мощна, велика, страшна врагам. Остальное приложится!" — ибо, как Устрялов был уверен всегда, только великие государства достойны мировой истории. Россия изживет Революцию через постепенную регенерацию революционных элементов. Теперь Устрялов по-новому осознает большевистский интернационализм: это — лучший способ национальной интеграции русского государства. И более того, большевизм, с его международным влиянием и связями, становится отныне прекрасным орудием русской внешней политики.

Антирелигиозность советской власти также трактуется Устряловым в диалектическом ключе. Если выродившаяся европейская цивилизация утеряла свою интернациональную скрепу — христианство, превратившееся лишь в товар для цветных колоний, и оказалась лишенной животворящей религиозой идеи, то само существо внешне атеистического Советского государства скрывает как раз творческую идею, религиозный порыв. Антихристианство большевиков — религиозно, тогда как "христианство" Запада по своей сути антирелигиозно.

Помимо германского национал-большевизма, к которому Устрялов проявлял особое внимание, и, конечно, столь созвучного ему Шпенглера, Устрялов заново обращается и к наследию русских мыслителей, переосмысливает славянофилов (к которым он возводит свое пренебрежение правом как абсолютной ценностью). Гражданская война для него — это, фактически, борьба неозападников против неославянофилов, к которым он причисляет и себя. "Славянофилы наших дней совсем не пекутся о славянстве, но особенно настаивают на своеобразии исторических путей и национальной миссии России, во многом являющейся наследницей европейского мира... В русской революции они приветствуют явственный сигнал некой радикально, принципиально новой эры в истории человечества". Большевистская революция — наследница "преломленного и утонченного духа славянофильства". Устрялов перечитывает Герцена, поражаясь тому, что это "западник" полвека назад утверждал, что великая Революция придет в прогнившую и обмещанившуюся Европу именно из России, Леонтьева ("Привольно гуляет по бескрайним русским равнинам доселе дремавший лозунг Леонтьева: "Нужно властвовать беззастенчиво!"), Достоевского. Особенно его поражают слова Шатова в "Бесах": "Бог — синтетическая личность всего народа". Нация, не выработавшая сильного, исключительного Бога, — это, по Устрялову, плохая нация. Он выстраивает свою модель развития русской истории: "Иоанн Грозный, Петр ... наши дни — тут глубокая, интимная преемственность!".


6. Устрялов и триумф национал-большевизма в России

Идеология русского национал-большевизма, разработанная Устряловым, вскоре нашла свое воплощение — вначале в харбинском журнале "Окно" (помимо Устрялова, там сотрудничали будущие классики советской литературы Асеев, Алымов и Третьяков), а затем — и в знаменитом сборнике "Смена Вех", изданном в самом начале 1921 г. в Праге. Его участниками стали, в частности, старые друзья Устрялова Ключников и Потехин, а центральной во всем сборнике стала статья Устрялова "Patriotica". Основная ее идея: мировой революции никогда не будет; чтобы спасти Советы, Москва жертвует коммунизмом (реакция на НЭП), Ленин уже больше не смотрит на Россию как на опытное поле. Короче говоря — идет революционная ликвидация революции. Осенью 1921 г. сменовеховцы в ответ на упреки белой эмиграции охотно согласились называться "национал-большевиками".

История реакции самой большевистской власти на позицию Устрялова, по существу, совпадает с историей превращения коммунистической партии в "орден меченосцев", а советского государства — в сталинскую империю, и потому осветить ее в двух словах невозможно. Мы лишь отсылаем читателей "Элементов" к великолепной, подробнейшим образом анализирующей историю национал-большевизма и его триумфа в СССР, книге Михаила Агурского "Третий Рим", на основании которой и написан наш краткий обзор. Отметим лишь, что Ленин, ознакомившись со "Сменой вех", дал указание немедленно доставлять ему все свежие статьи Устрялова и неоднократно публично отзывался об Устрялове как о самом умном из противников Советской власти. Если же говорить об уровне тайной политики, то показательно, что сменовеховский журнал "Накануне" секретно финансировался Москвой. Поддерживал позицию Устрялова как мыслителя, показавшего органическую связь России и большевизма, и Троцкий, говоривший о "Накануне" как о форпосте советской прессы за рубежом. К середине 20-х годов сменовеховство и, конкретно, Устрялов превратились в своего рода лакмусовую бумажку советских политических дебатов по поводу сталинского тезиса о социализме в одной стране. Сам же Устрялов, побывавший в июле 1925 г. в Москве, не скрывал своего восхищения: "Как не быть счастливым, понимая, что Коммунистическая партия стройным железным шагом ведет Великую Русскую революцию в национальный пантеон, приготовленный для нее историей!" Именно в реализации идеологии Устрялова не без оснований обвиняют Сталина лидеры внутрипартийной оппозиции — Зиновьев и Каменев, что косвенно подтверждает и сам основатель русского национал-большевизма в статье, посвященной разгрому оппозиции: "нам теперь... определенно нравится Сталин".

Судьба Устрялова в стране победившего национал-большевизма, куда он окончательно переехал в 1935 г., не отличается от судьбы других идеологов, чьи идеи начали жить собственной жизнью и нашли себе путь прямой реализации. Он погиб в безвестности в заключении в 1938 г. Впрочем, с позиции гностика, это было уже не так важно...http://nbzagorsk.ucoz.ru/publ/6-1-0-14

Шестой флот США не смог прорваться к побережью Сирии

Непобедимый и легендарный Шестой флот ВМС США торопливо покинул Средиземное море при приближении к берегам Сирии российской военно-морской группировки. Собственно, сам Шестой флот и его командующий - вице-адмирал Крейг Пандолф никуда не делись - они по-прежнему находятся во вверенной им зоне ответственности, числясь во всех оперативных сводках и финансовых отчетах. На многочисленных средиземноморских базах Шестого флота жизнь тоже течет в привычном режиме - наряды, увольнительные, охрана периметра, покраска заборов, хищения материальных ценностей, неоплаченные счета за электричество, газ и пресную воду.

Другое дело, что из Средиземного моря странным образом исчезли корабли Шестого флота!
Флот есть, а кораблей нет, - наверняка удивитесь вы, - Разве такое возможно?

Да, возможно, если речь идет об американских военно-морских силах. В отличие от структуры ВМФ России, где каждый флот имеет неизменный список приписанных к нему кораблей, в том числе свой флагман (Северный флот - ТАРКР «Петр Великий», Балтийский флот - эсминец «Настойчивый», Черноморский флот - ГРКР «Москва», Тихоокеанский - РКР «Варяг»), понятие «флот» для ВМФ США - не более чем сфера ответственности. Невозможно дать конкретный ответ на просьбу: «Покажите корабли Шестого флота» - состав флота меняется практически ежедневно. Вот такая квантовая механика!

Например, любой авианосной ударной группировке, которая прошла Гибралтарский пролив, автоматически присваивается обозначение Task Force 60 (Оперативное Соединение 60) и АУГ превращается в главную ударную силу Шестого флота. А командир авианосной группировки, соответственно, получает должность командующего Оперативным Соединением 60, и теперь непосредственно отвечает за ситуацию в Средиземном море.

Следуя этой логике, каждый вошедший в воды Средиземноморья десантный вертолетоносец и его эскорт получают обозначение Task Force 61. Теперь они - главные амфибийные силы Шестого флота.
Любая эскадра эсминцев в Средиземном море превращается в DESRON SIX ZERO (а попросту - «миноносную эскадру 60»), уйдут эсминцы - «миноносная эскадра 60» расформирована.

Как же американцам удается не запутаться в этом круговороте и случайно не потерять свои шесть десятков эсминцев на просторах Мирового океана? Представьте себе такой разговор в кулуарах Пентагона:

- Где эсминец «Джон Пол Джонс»?

- В прошлом году его видели у побережья Ямайки...

- Блин, он же должен был прибыть в Норфолк еще в сентябре. Куда он пропал?

А «Джон Пол Джонс» тихо ржавеет в гавани Перл-Харбора, в ожидании нового приказа, который, может быть, отправит его к побережью Гренландии.

Избежать подобного бардака помогают три вещи: конкретный порт приписки для каждого корабля (стандартная и обязательная мировая практика), довольно нечеткое разделение на Атлантическое и Тихоокеанское командование, и, самое главное, вне зависимости от номера флота, американские корабли сведены в постоянные дивизионы, боевые группы и авианосные ударные группировки.

Любой авианосец обычно на протяжении многих лет имеет неизменный список кораблей своего эскорта и четкий состав авиакрыла с постоянными эскадрильями, которые порой десятилетиями приписаны к данному авианосцу. И никак иначе.
Например, авианосец «Абрахам Линкольн» совместнос ракетным крейсером «Кейп Сент Джордж», четырьмя Иджис-эсминцами («Стеррет», «Хэсли», «Момсен» и «Шоуп»), и рядом вспомогательных кораблей и фрегатов, образуют «боевую авианосную группу №9».

Исходя из данной концепции, каждый из шести американских флотов постоянно имеет в своем составе (т.е. - в зоне своей ответственности) одну или несколько авианосных ударных группировок, амфибийных групп или дивизионов эсминцев, из которых и формируется корабельный состав флота. Корабли приходят и уходят, но их количество всегда остается неизменным.

И вот - заметив на горизонте российскую эскадру, большинство американских кораблей поспешило покинуть зону ответственности Шестого флота, оставив средиземноморские рубежи НАТО, пардон, с голым задом. Говоря по-русски - Шестой флот перестал существовать, оставшись только в виде бумажных инструкций и опустевших причалов средиземноморских баз.

История сия не нова - по похожему сценарию действовали бравые британские моряки, которые, едва получив сведения о выходе в море немецкого линкора «Тирпиц», бросили на произвол судьбы безоружные транспорты конвоя PQ-17 и позорно сбежали на 30-узловом ходу. Показательно, что британская эскадра, как минимум, не уступала немецким кораблям и даже имела преимущество за счет наличия палубной авиации. Гибель конвоя PQ-17 легла позорным пятном на всю историю британского флота.

Так случилось и в этот раз: немолодой ракетный крейсер, пара больший противолодочных кораблей, четыре десантных корабля с полными трюмами «черных бушлатов», маленький фрегат и сторожевик, заложенный еще в далеком 1966 году, отогнали от побережья Сирии все супер-корабли «вероятного противника», сорвав уже подготовленные планы вооруженного вторжения. Американские моряки всерьез боятся ВМФ России - они давно уяснили, что когда кончатся снаряды, наши корабли проломят им борт, как это случилось в Черном море.

Давайте ради удовольствия посмотрим, кто противостоял маленькой российской эскадре:

Атомный авианосец «Дуайт Эйзенхауэр» - сгусток боевой материи массой 100 тысяч тонн; непобедимый монстр, способный разить врага на расстоянии в тысячу километров и обследовать за сутки всю поверхность Средиземного моря. Два реактора «Вестингауз», неограниченная автономность по запасам топлива. Водоизмещение огромного корабля - вдвое больше полного водоизмещения всех кораблей российской группировки.

Главный аргумент убойной машины - 70...80 самолетов различного назначения, способных высыпать на головы врагов 1900 тонн боезапаса из необъятных погребов супер-авианосца. Самое современное оборудование, радары и суперкомпьютеры, завод по опреснению забортной воды, катапульты, элеваторы боеприпасов, аэрофинишеры и самолетоподъемники, тяжелое бронирование, уникальные системы пожаротушения, гигантские хранилища и холодильные камеры, почти шесть тысяч человек экипажа.

1 декабря 2012 года «Дуайт Эйзенхауэр» прибыл в восточную часть Средиземного моря. 13 декабря 2012 года непобедимый авианосец «Дуайт Эйзенхауэр» неожиданно попрощался со всеми, и пулей вылетел из Средиземного моря, направившись в родную базу Норфолк.
По официальной версии - корабль увели для разряжения напряженной обстановки в этом регионе. Хм...с чего это американцы испугались «напряженной обстановки»?! По-моему, вся их политика направлена на создание напряженностей по всему миру.

Вслед сбежавшему «Эйзенхауэру» грустно смотрели турецкие политики, которым теперь самостоятельно придется разруливать ситуацию на границе с Сирией.

Универсальный десантный вертолетоносец-док «Иводзима». Огромная баржа, сравнимая по водоизмещению и возможностям с авианесущим крейсером «Адмирал Кузнецов». На борту «Иводзимы» - тридцать летательных аппаратов: самолеты-штурмовики с вертикальным взлетом, тяжелые транспортные вертолеты и конвертопланы, эскадрилья ударных винтокрылых машин. Внизу под полетной палубой скрыты жилые помещения, рассчитанные на размещение 2000 морских пехотинцев. Еще ниже - палубы для перевозки бронетехники. А на уровне ватерлинии - заполняемая водой док-камера, в которой стоят три готовых десантных корабля на воздушной подушке.

Две недели «Иводзима», перегруженная военным снаряжением, важно бороздила сирийские воды, но едва увидав маленькие российские БДК, бросилась бежать на Запад, переваливаясь и пыхтя на 23-узловом ходу.

Вместе с авианосцем «Эйзенхауэр» сирийские воды покинул его личный стражник - ракетный крейсер «Хюэ Сити» с полными погребами «Томагавков», приготовленных для обстрела сирийских городов. Современнейший корабль, оснащенный всевидящей системой «Иджис» и 122 пусковыми установками для запуска любых типов ракет, стоящих на вооружении ВМС США. Но никакие современные технологии не спасли американцев от лютого страха перед российской эскадрой. И неспроста - четверть века назад ракетный крейсер «Йорктаун», аналогичный по конструкции «Хюэ Сити», вернулся из черноморского круиза с разрушенным настилом палубы и проломленными бортами. Хотя казалось бы - всего лишь попытался приблизиться к Севастополю... А тут - целая Сирия, русские моряки чего доброго вообще разрубят пополам таранным ударом.

Помимо ракетного крейсера, в свите американского супер-авианосца числились три эсминца УРО типа «Орли Бёрк» - «Макфол», «Кэрни» и «Фаррагут». Все они, естественно, сбежали вместе со своим флагманом. Потрясающие корабли, шедевры мирового кораблестроения, готовые расстрелять врага пятью десятками крылатых «Томагавков» или сразить цель на низкой околоземной орбите. Наконец, иджис-эсминцы типа «Бёрк» - ключевой элемент американской системы противоракетной обороны. Сильные, крепкие и современные эскадренные миноносцы. И что? Много помогло?

Всего на морских подходах к Сирии американцы сконцентрировали группировку из 17 самых мощных и современных кораблей: авианосец и УДК, Иджис-крейсера, эсминцы, фрегаты, корабли комплексного снабжения и суда Командования морских перевозок. А общая численность кораблей Шестого флота достигала 40 единиц! К настоящему моменту, большая часть из них покинули акваторию Средиземного моря, а остальные кораблики затаились в базах.

Американцы - самые скромные и аскетичные люди. В составе Шестого флота постоянно находится всего ... один корабль. Специальный командный корабль «Маунт Уитни» - как раз то самое исключение, которое подтверждает общее правило. В отличие от всех остальных кораблей, «Маунт Уитни» редко покидает средиземноморский бассейн и, по факту, является вечным флагманом американской морской группировки в этом регионе.

Идея неплоха - для обеспечения эффективного управления и координации действий сил ВМС и Корпуса морской пехоты было предложено построить специализированный штабной корабль, предельно насыщенный приемно-передающей аппаратурой, с оборудованными комнатами для брифингов и совещаний, комфортными адмиральскими каютами и постами управления войсками. На борту имеется оборудование для приема вертолета. Внешне «Маунт Уитни» отличается плоской просторной палубой, которая буквально усеяна кожухами антенных устройств. В принципе, «Маунт Уитни» трудноотличим от гражданских научно-исследовательских судов или кораблей для связи с космическими аппаратами. Единственное, что выдает, что выдает в нем военных корабль - установленные на носу и в корме шестиствольные автоматические зенитки «Фаланкс».

В 2008 году «Маунт Уитни», забыв про свои флагманские функции, первым доставил гуманитарный груз в Грузию. Попутно пытался пробраться с «дружеским визитом» в Севастополь, но был освистан и выставлен с позором из Черного моря. В этот раз, почуствовав, что русские полны решимости защищать Сирию, флагманский корабль Шестого флота заперся на своей базе в Гаэте (Италия) и не показывается на глаза нашим морякам.

Кстати, о базах, - Шестой флот располагает в Средиземном море значительным количеством пунктов материально-технического обслуживания. Среди них - объекты в Италии: помимо уже упомянутой ВМБ Гаэта, на побережье этой страны расположена крупная ВМБ Неаполь с береговым высокозащищенным командным пунктом и передовой пункт базирования Ла-Маддалена (база атомных подлодок на о. Сардиния). Кроме того, Шестой флот может использовать итальянские ВМБ Специя, Таранто, Бриндизи, Аугуста (крупный пункт снабжения ГСМ). На побережье Испании расположен еще один крупный объект - ВМБ Рота, используется совместно с ВМС Испании. Также, для размещения базовой патрульной и противолодочной авиации, американский флот может использовать многочисленные авиабазы на территории европейских стран (например, АБ Сигонелла на о. Сицилия).

Содержание всех этих военных объектов ложится тяжким бременем на плечи американских налогоплательщиков. Командующий состав Шестого флота пытается сократить расходы, и иногда это приводит к веселым результатам - в сентябре 2009 года военно-морская база Гаэта осталась на несколько дней без пресной воды: частная итальянская водоснабжающая компания просто отключила воду за неуплату.

Эпилог

Какие бы события не разворачивались на Ближнем Востоке - побережье Сирии ,eltn находится под постоянным контролем со стороны ВМФ России. Этот раунд мы выиграли - американские корабли покинули Средиземное море, а без помощи американских авианосцев, УДК и Иджис-эсминцев, НАТО не имеет явного преимущества на море - европейские недо-авианосцы и фрегаты, лишенные какого-либо серьезного ударного вооружения, не представляют угрозы для российской группировки кораблей Черноморского, Балтийского и Тихоокеанского флотов. Будем надеяться, что скоро в район подойдут моряки-североморцы и наш ВМФ сможет провести по-настоящему грандиозные Учения в Средиземном море.

Да, Шестой флот крут и силен, но Эпоха атомного оружия гарантированно «умножает на ноль» все неядерные средства в глобальной войне. А в локальных конфликтах преимущество имеет тот, кто более дерзок и решителен. ВМС США имеет обширный опыт ведения боевых действий на море, но американцы не любят воевать неподготовленными, им требуется время на развертывание и тщательную. Наши моряки, наоборот, готовы драться в любых условиях - это наш главный и единственный козырь; неожиданные приемы и отчаянная храбрость обесценивают любые «Иджисы» и «Томагавки».http://vk.com/feed?w=wall-54812_59932

Цитата дня.

Мы на горе всем буржуям
Мировой пожар раздуем,
Мировой пожар в крови —
Господи благослови!
А. А. Блок, «Двенадцать»